Главное преимущество — люди

Сегодня ситуация в экономике отличается от того, что было десять лет назад. Когда в 1997 году мы с моим партнером Александром Даванковым начинали бизнес, в стране сохранялись еще остатки советской инфраструктуры, необходимой для производства косметики. Собственно, главный козырь косметики Faberlic— перфторуглеродная эмульсия, доставляющая кислород в глубокие слои кожи — разработка советских ученых. Мы выкупили патент на ее производство и применение в косметике у ее разработчиков незадолго до кризиса. Тогда еще жива была химическая промышленность, работали заводы по производству упаковки; 60% расчетов с поставщиками было в рублях. Поэтому, когда доллар вырос в три раза, мы подняли цены всего на 30% и все равно работали с прибылью. Производственная площадка общей площадью 35 000 м2 у нас в Москве. Но в плане себестоимости такого выигрыша, как десять лет назад, нет. Российские производители вынуждены большую часть комплектующих закупать за рубежом: их либо не производят в России, либо качество не отвечает современным требованиям. Декоративную косметику мы вообще производим в Италии, парфюмерные композиции везем из Франции. Средства по уходу за кожей производим в России, но ингредиенты по большей части импортные, и цены на них выросли так же, как скакнули доллар с евро. Оборудование тоже импортное, как у большинства серьезных компаний. Перфторуглеродную эмульсию, например, можно производить только на специально созданном для этого гомогенизаторе.

Например, перфтордекалин (основной ингредиент для эмульсии перфторуглеродов) заказываем на Кирово-Чепецком химкомбинате — он и качественнее, и дешевле чем европейский почти в три раза. Тубы, флаконы тоже берем в России или в Беларуси, там они сейчас на 30 копеек дешевле, чем в Польше. Но многие ингредиенты закупать в России невозможно, даже у добросовестных производителей бывает нестабильное качество. Вот недавно был случай — нашли поставщика соли для ванн. Образцы полгода тестировали, на предприятие наши специалисты выезжали — все замечательно. Пришла первая партия на склад — через два месяца замечаем, что соль меняет цвет. Была светло-сиреневая, стала местами желтая, местами серая. Оказалось, что цвет меняется из-за натурального ароматического масла, но каждому покупателю ведь этого не объяснишь. Пришлось всю партию возвращать обратно. Но по сравнению с западными производителями косметики, у которых 100% расходов на производство в валюте, мы в выигрыше. К тому же, мы с самого начала делали ставку на сетевой маркетинг. Продажи через сеть консультантов куда более надежный способ довести товар до конечного потребителя, нежели обычная розница. Кризис 2008 года — по сути, кризис ритейла. Неслучайно первая волна банкротств накрыла именно розницу. Сети не справляются с погашением кредитов, задерживают платежи, дистрибуторы разоряются, и это бьет по производителям. Поэтому преимущество на стороне тех, кто выстроил собственные каналы сбыта. Мы основные бенефициары этого кризиса. Наше главное преимущество — люди, участвующие в бизнесе Faberlic.